Свято-Троицкий приход Русской Православной Церкви Заграницей

Одигитрія русскаго разсѣянія. Чудотворный Образъ Божiей Матери Курской-Коренной. Руководительница, Покровительница и Защитница Русской Православной Церкви Заграницей.

Лучшимъ доказательствомъ того, что Господь не оставилъ Русское Церковное Зарубежье Своей милостью, является врученіе ему на храненіе, поклоненіе и ободреніе великой русской святыни — Чудотворнаго Образа Курской Божіей Матери.

Этотъ святой образъ Знаменія, обрѣтенный въ 1295 году въ праздникъ Рождества Пресвятой Богородицы на тогдашнемъ рубежѣ русской земли, разоренной татарами, недалеко отъ развалинъ древняго города Курска, въ дремучемъ лѣсу, простыми людьми, явился поистинѣ знаменіемъ, что Господь не до конца прогнѣвался на несчастный русскій народъ и что Сама Царица Небесная простираетъ Свой покровъ на русскую землю до крайнихъ ея рубежей.

Божія Матерь изображена молящейся, съ воздвигнутыми горѣ руками, съ зачатымъ Бого-младенцемъ во чревѣ Ея. Надъ Ней изображенъ Богъ Саваофъ, а вокругъ ветхозавѣтные пророки, предсказавшіе чудесное зачатіе Спасителя міра отъ непорочной Дѣвы и Святаго Духа.

Сіе зачатіе было знаменіемъ Божіимъ, что Господь не до конца прогнѣвался на человѣческій родъ и что настало время исполниться обѣтованію, данному Богомъ еще Адаму и Евѣ предъ изгнаніемъ изъ рая, что Сѣмя Жены сотретъ главу змія-діавола (Быт. 3 гл., 15 ст.).

И то, что съ нами въ Зарубежьи, съ самаго начала, съ 1919 года, пребываетъ изъ всѣхъ чудотворныхъ иконъ, бывшихъ на Руси, именно икона Знаменія, вѣруемъ, — есть подлинно знаменіе Божіе, что Господь бдитъ надъ нами, странниками въ землѣ чуждѣй, и хощетъ, чтобы мы свято хранили вынесенное нами изъ родной земли сѣмя вѣры православной и всѣ святорусские обычаи, дабы было съ чѣмъ возвратиться въ домъ отчій, когда наступятъ для сего на небесахъ опредѣленные сроки.

А то, что отъ врученнаго нашему Зарубежью Курскаго Образа Знаменія безпрерывнымъ потокомъ истекаютъ дивныя чудеса даже до сего дня, является оправданіемъ нашей вѣры въ грядущую свѣтлую миссію русскаго народа, очищеннато полувѣковыми ужасными страданіями, неслыханными въ исторіи человѣчества, и освященнаго алой кровью милліоновъ мучениковъ. Не можетъ быть пролита напрасно эта святая кровь.

И русскіе новомученики, подобно древнимъ мученикамъ, вопіютъ нынѣ къ Богу:

«Доколѣ, Владыка святый и истинный, не судишь и не мстишь живущимъ на землѣ за кровь нашу?»

Вѣруемъ, что и имъ, какъ древнимъ, тоже сказано, чтобы они успокоились еще на малое время… (Откр. 6 гл. 10-11 ст.).

Будемъ же бережно хранить и почитать врученный намъ залогъ нашего спасенія Курскій Чудотворный Образъ Знаменія, имѣющій нынѣ постоянное пребываніе въ Знаменскомъ Синодальномъ Соборѣ въ Нью Іоркѣ. Сплотимся дружно вокругъ нашего богоданнаго Первоіерарха митрополита Филарета, родившагося въ Курскѣ, какъ бы подъ сѣнью сего Образа, а нынѣ главнаго его стража.

Станемъ грудью противъ враговъ нашей Церкви, въ послѣднее время особенно на нее нападающихъ и стремящихся подкопаться подъ самое ея основаніе.

А наипаче будемъ вопіять отъ всего сердца къ Свѣтлой Заступницѣ странниковъ бездомныхъ:

«Всѣхъ скорбящихъ Радосте и обидимыхъ Покровительнице, странныхъ Утѣшеніе и обуреваемыхъ Пристанище, Мати Бога Вышняго, потщися, погибаемъ, спастися рабомъ Твоимъ!»

И будемъ, будемъ услышаны!

Архіепископъ Серафимъ, 1968г.

Заграничная часть Русской Церкви почитаетъ себя неразрывной, духовно-единой вѣтвью Великой Русской Церкви. Она не отдѣляетъ себя отъ своей Матери Церкви и не считаетъ себя автокефальной. Она по-прежнему считаетъ своей Главой Патріаршаго Мѣстоблюстителя митрополита Петра и возноситъ его имя за богослуженіемъ».

Именемъ Митрополита Петра объединялась Катакомбная Церковь, не имѣвшая въ первые годы своего существованія ни организаціи, ни администраціи. Послѣ смерти Митрополита Петра и Митрополита Кирилла, духовнымъ возглавителемъ Катакомбной Церкви становится Митрополитъ Іосифъ, хотя и находившійся въ ссылкѣ, разстрѣлянный въ 1938 году за возглавленіе и руководство Катакомбной Церковью.

Катакомбная Церковь существуетъ и до сегодняшняго дня, совершая тайно хиротоніи и рукополагая священнослужителей, но еще болѣе хранитъ свои тайны, преслѣдуемая не только совѣтской властью, но и ея сподвижницей — Московской Патріархіей.

Въ отвѣтъ на заявленіе митр. Сергія въ Деклараціи: «мы потребовали отъ заграничнаго духовенства дать письменное обязательство въ полной лойяльности къ совѣтскому правительству во всей своей общественной дѣятельности; не давшіе такого обязательства или нарушившие его будутъ исключены изъ состава клира, подвѣдомственнаго Московской Патріархіи», — Заграничный Архіерейскій Соборъ постановилъ:

«Рѣшительно отвергнуть предложеніе митрополита Сергія и его Синода дать подписку о вѣрности совѣтскому правительству, какъ неканоническое и весьма вредное для святой Церкви»… «Если же пoслѣдуетъ постановленіе митрополита Сергія и его Синода объ исключеніи заграничныхъ епископовъ и клириковъ, не пожелавшихъ дать подписку о вѣрности сов. правительству, изъ состава клира Московскаго Патріархата, то таковое постановленіе будетъ неканоническимъ». (Окружное Посланіе 27 августа/9 сентября 1927 г.)

Будучи въ полномъ духовномъ и административномъ подчиненіи канонической Московской Патріархіи во время Патріарха Тихона, Соборная Зарубежная Церковь прекратила всякое общениіе съ ней и ея іерархіей съ того момента, когда она стала неканонической — послѣ Деклараціи митр. Сергія, когда онъ предалъ Русскую Православную Церковь въ руки ея злѣйшихъ враговъ, войдя въ союзъ съ богоборческой, преступной, кровавой совѣтской властью.

Но Зарубежная Церковь по-прежнему хранитъ вѣрность своей Матери Церкви Российской и взяла на себя высокую, но и тяжелую, отвѣтственную миссію хранить всѣ основы, традиціи и величіе Русскаго Православія и Русской Православной Церкви, и говорить свободно и открыто по всему міру отъ имени порабощенной Матери Церкви и изнывающаго въ неволѣ русскаго народа и другихъ, населяющихъ Россію, народовъ.

Вѣрность Зарубежной Церкви своей Матери Церкви Россійской состоитъ въ томъ, что она всегда неизмѣнно оставалась въ лонѣ Церкви Россійской, но опредѣленно и категорически никогда не подчинялась и не подчинится неканонической совѣтской Патріархіи.

Соборная Зарубежная (Заграничная) Русская Православная Церковь ни на минуту не отрывалась духовно отъ своей Матери Церкви Россійской, которая непрерывно, неутомимо и тяжело борется съ богохульной совѣтской іерархіей, и съ твердой вѣрой и упованіемъ ждетъ торжества Правды, надѣясь на безусловную поддержку Зарубежной Церкви, учрежденной согласно дальновидному Постановленію Патр. Тихона, предвидѣвшаго полное плѣненіе Православной Церкви въ Россіи безбожной совѣтской властью.

(На фото справа: Архіепископъ Іувеналій Цицикарскій, настоятель муж. монастыря въ Харбинѣ.) «Образование всякихъ другихъ теченій и юрисдикцій Русской Православной Церкви Заграницей — могло произойти только путемъ раскола, путемъ отдѣленія отъ Соборной Церкви, путемъ измѣны святымъ канонамъ и самому духу Православія. Соборную же Зарубежную Церковь невозможно обвинить въ расколѣ, ибо Ей не было отъ кого откалываться. Соборная Церковь съ самаго начала своего существованія шла по одному первоначально намѣченному пути, не измѣняя себѣ, а потому и не могла быть причиной раскола» (проф. И. М. Андреевъ).

Хотя значеніе зарубежнаго церковнаго единства, основаннаго на мудромъ предусмотрительномъ Постановленіи Патріарха Тихона, ясно было не только каждому зарубежному іерарху, но и каждому русскому вѣрующему человѣку,— среди высшихъ іерарховъ Русской Православной Церкви Заграницей, нашлись честолюбцы, руководимые темными силами и болѣзненнымъ, не вполнѣ понятнымъ и объяснимымъ честолюбіемъ, которые, пренебрегая не только церковными, но и обіщечеловѣческими моральными устоями, отошли отъ Зарубежной Церкви, нарушая Ея единство, и измѣняя своей Матери — Великомученицѣ Церкви Россійской, къ тому же въ минуту Ея самыхъ тяжелыхъ переживаній.

Они нарушили единство Зарубежной Церкви въ преддверіи тяжелой церковной смуты въ Россіи — объявленія Деклараціи митрополита Сергія, когда многострадальная Церковь Россійская изнывала въ мукахъ и утопала въ мученической крови Ея вѣрныхъ сыновъ.

(На фото справа: Русская Св.-Троицкая церковь въ Бѣлградѣ.) Вмѣсто моральной поддержки, вмѣсто утѣшительныхъ, преданныхъ, сыновнихъ словъ и вниманія, они или совершили Каиново дѣло, добровольно подчинившись неканонической совѣтской патріархіи, которая пошла на сотрудничество съ безбожной, преступной властью, чуждой русскимъ и церковно-религіознымъ интересами и тѣмъ самымъ, совмѣстно съ этой патріархіей, приняли соучастіе въ кровавомъ гоненіи на Русскую Православную Церковь и Ея служителей; или, подобно Пилату умывшему руки, ушли въ юрисдикцію другой Помѣстной Церкви, забывъ о томъ, какъ Восточные Патріархи, не памятуя о тѣхъ великихъ благодѣяніяхъ, которыя имъ оказывала на протяженіи многихъ столѣтій Церковь Россійская совмѣстно съ русскимъ народомъ, потворствовали совѣтскимъ обновленцамъ, предлагая Патріарху Тихону отойти отъ дѣлъ, а затѣмъ солидаризировались съ митр. Сергіемъ, привѣтствуя его пресловутую Декларацію, чѣмъ навѣки заклеймили себя предъ лицомъ Истиннаго Православія, ибо приняли участіе въ оскверненіи хитона сестры своей — Великомученицы Церкви Россійской; или, подобно священнику и левиту въ притчѣ о милосердномъ самарянинѣ, отвернулись отъ Матери Церкви Россійской, въ минуту Ея тягчайшаго недуга, объявивъ самочинную автокефалію или автономію.

Сѣнь для Чудотворнаго Образа Божіей Матери Курской-Коренной въ Св.-Троицкой церкви въ Бѣлградѣ.

Бывшая Западно-европейская епархія, возглавляемая митр. Евлогіемъ, послѣ его смерти въ 1945 г. митр. Владиміромъ, а нынѣ (1968) архіеп. Георгіемъ, и Американская епархія Россійской Церкви (съ 1935 г. Американскій митрополичій округъ), возглавляемая митр. Платономъ, а послѣ его смерти митроп. Феофиломъ, а затѣмъ митр. Леонтіемъ и нынѣ митр. Иринеемъ, — совершили великій грѣхъ предъ Русской Православной Церковью и изнывающимъ въ тяжкой большевицкой неволѣ Русскимъ народомъ, разрушивъ единство Русской Зарубежной Церкви — самое сильное орудіе въ борьбѣ съ поработителями Россіи.

Для того, чтобы вполнѣ ясной была картина раскола Русской Зарубежной Церкви, необходимо, хотя бы вкратцѣ, коснуться непростительныхъ дѣяній мнтрополитовъ Евлогія и Платона и ихъ сподвижниковъ и преемниіковъ, коими сознательно и перфидно подготовлялся, а затѣмъ проводился расколъ въ Зарубежной Церкви, недостойными методами и неправдой, что такъ недопустимо въ церковной жизни и абсолютно не подобаетъ священному сану.

Въ началѣ января 1920 года, Высшее Церковное Управленіе на Югѣ Россіи поручило Архіепископу Евлогію, находившемуся уже въ Югославiи, поѣхать въ Европу для ознакомления съ русскими европейскими приходами, которые до революціи находились въ вѣдѣніи Петроградской епархіи, и изъ которыхъ Высшее Церковное Управленіе намѣревалось создать самостоятельную епархію.

Вернувшись изъ инспекционной поѣздки въ Югославію и посылая черезъ Таврическаго Архіепиокопа Димитрія рапортъ, Арх. Евлогій просилъ также его попросить, чтобы Высшее Церковное Управление назначило его на эту вновь открываемую епархію.

1 октября 1920 года онъ былъ назначенъ временно управляющимъ новой Западно-Европейской епархіей, и 2 марта 1921 г. Патріаршій Синодъ (Патр. Тихона) призналъ законными дѣйствія Высшаго Церковнаго Управленія, сообщая: «ввиду состоявшагося постановленія Высшаго Церковнаго Управленія заграницей, считать русскія церкви въ Западной Европѣ временно подъ управленіемъ Преосвященнаго Евлогія».

Слева: Русскій православный храмъ въ Ниццѣ. Справа: Александро-Невскій храмъ въ Парижѣ.

Получивъ епархію, Арх. Евлогій (возведенный въ 1922 году въ санъ митрополита), вначалѣ былъ дѣятельнымъ и вполнѣ преданнымъ членомъ Высшаго Церковнаго Управленія Заграницей, а затѣмъ Архіерейскаго Синода, подписавъ даже за Предсѣдателя Митр. Антонія циркулярное извѣщеніе отъ 31 августа/13 сентября 1922 года объ учрежденіи Архіерейскаго Синода Русской Православной Церкви Заграницей, вмѣсто Высшаго Церковнаго Управленія. Но вскорѣ, движимый честолюбивыми замыслами, началъ стремиться управлять своей епархіей безъ Синода и Собора, самочинно расширяя свои права, создавая путаницу и двоевластіе.

Желая положить предѣлъ начинающейся смутѣ, Архіерейскій Соборъ въ 1923 году принялъ разработанный митр. Евлогіемъ проэктъ западно-европейскаго митрополичьяго округа, давъ ему почти автономію. Тутъ ясно видно, какъ достойно и безкорыстно Заграничный Архіерейскій Соборъ и его глава Митрополитъ Антоній стремились къ единству Русской Православной Заграничной Церкви, сознавая, что только единство и сплоченность могутъ повліять на міровое общественное мнѣніе для защиты Православной Церкви въ Россіи и русскаго народа, и ради этого единства шли на разныя уступки честолюбцамъ, для которыхъ личные интересы были выше, нежели интересы и благо Церкви, Родины и родного народа, попавшихъ въ неволю безбожныхъ инородныхъ преступниковъ и изнывающихъ въ потокахъ крови.

Архіерейскій Соборъ 1929 года. Первый рядъ (слѣва); Арх. Аполлинарій Сѣв.-Американскій, Арх. Гермогенъ, Арх. Анастасій, Блаж. Митроп. Антоній, Арх. Серафимъ Зап.-Европейскій, Арх. Сергій, Арх. Гавріилъ. Второй рядъ: Еп. Николай, Арх. Сергій, Арх. Феофанъ, Арх. Тихонъ Германскій, Еписк. Серафим
Вѣнскій.

Однако, странное поведеніе митр. Евлогія не измѣнилось: онъ продолжалъ тайно вторгаться въ ему неподвѣдомственныя, какъ епархіальному архіерею, дѣла и дѣлать распоряженія обще-церковнаго характера, нанося этимъ ущербъ безупречному авторитету Заграничной Церкви, сознательно разрушая ее своими дѣйствіями. Такъ, въ Финляндіи, несмотря на то, что съ 1918 года тамъ была автономная епархія, онъ призывалъ финляндскую паству подчиниться лже-епископу Герману, категорически отвергнутому Патріархомъ Тихономъ и русскимъ епископатомъ вообще. Или призналъ бѣжавшаго изъ Россіи обновленческаго «митрополита» Василія Смѣлова, (женатаго и съ двумя дочерьми), самочинно поручая ему «начать въ далекой Персіи дѣло устроенія Церкви Христовой», несмотря на то, что тамъ былъ русскій приходъ, подчиняющейся Архіерейскому Синоду. Нѣчто подобное было и въ другихъ мѣстахъ.

Помимо того митр. Евлогій, тайно отъ Синода, какъ это нѣсколько разъ выяснялось, посылалъ черезъ Финляндію, Вѣну и Афины Патріарху Тихону доклады, записки и проэкты, направленные противъ Митрополита Антонія и Архіерейскаго Синода. Въ 1924 г. онъ просилъ Патріарха Тихона объ упраздненіи Архіерейскаго Синода и о предоставленіи ему правъ экзарха. Просилъ также о перечисленіи Іерусалимской Духовной Миссіи изъ вѣдѣнія Синода въ его западно-европейскую епархію. Подобнаго рода просьбы онъ повторялъ, послѣ смерти Патріарха Тихона, и Патріаршему Мѣстоблюстителю Митрополиту Петру.

Но всѣ эти обращенія митрополита Евлогія оставались безъ отвѣта. Когда до Синода доходили свѣдѣнія объ этихъ докладахъ митр. Евлогія, послѣдній на засѣданіяхъ Собора и Синода это категорически отрицалъ, сознательно говоря неправду.

Указъ Патріарха Тихона о расширеніи правъ викарныхъ епископовъ былъ недопустимо отвергнутъ митр. Евлогіемъ, а когда Архіерейскій Синодъ потребовалъ его исполненія, митр. Евлогій офиціальнымъ письмомъ рѣзко отказался его исполнить. Въ связи съ такимъ отношеніемъ митр. Евлогія къ указу Патр. Тихона, Архіерейскій Соборъ рѣшилъ выдѣлить германское викаріатство съ его епископомъ Тихономъ изъ епархіи митр. Евлогія и создать самостоятельную Германскую епархію.

Разгнѣванный этимъ рѣшеніемъ, Митрополитъ Евлогій демонстративно покинулъ засѣданіе Архіерейскаго Собора. Впрочемъ, не эта только причина руководила митр. Евлогіемъ покинуть засѣданіе. На засѣданіи Арх. Собора долженъ былъ разсматриваться вопросъ объ открытомъ въ Парижѣ митр. Евлогіемъ Богословскомъ Институтѣ при помощи «ИМКИ». Институтъ былъ открытъ явочнымъ порядкомъ, безъ утвержденія Арх. Собора или Синода, а потому у Собора было естественное желаніе узнать о секретныхъ матеріальныхъ источникахъ и обязательствахъ, чего, конечно, не могъ допустить митр. Евлогій.

Несмотря на столь недостойное и антиканоническое поведение митр. Евлогія, который вышелъ изъ повиновенія Архіерейскому Собору, недовольный рѣшеніемъ большинства — Арх. Соборъ, цѣль котораго была, съ первыхъ же дней существованія, объединить всѣ зарубежный епархіи и духовный миссіи, не приняли и на этотъ разъ никакого рѣшенія противъ митр. Евлогія, въ надеждѣ, что онъ опомнится, осознавъ, что всѣ его дѣйствія ведутъ къ расколу, на радость враговъ Русской Православной Церкви и Россіи.

7 мѣсяцевъ велась полемика между митр. Евлогіемъ и Архіерейскимъ Синодомъ, причемъ митр. Евлогій проявляли все время неуравновѣшенность, противорѣча часто самому себѣ.

4/17 августа 1926 г. онъ делегируетъ въ Синодъ своихъ двухъ викаріевъ для улаженія несогласія съ выраженіемъ сожалѣнія о своемъ уходѣ изъ Собора, а самъ въ то же время разъѣзжаетъ по Германіи и выступаетъ противъ Архіерейскаго Собора и Синода, разжигая церковную смуту, пользуясь для своихъ цѣлей страницами сомнительныхъ и безпринципныхъ газетъ.

Все это ни въ какой степени не могло оправдать митр. Евлогія, и 13/26 января 1927 года Архіерейскій Синодъ принужденъ былъ предать митрополита Евлогія суду священнаго Собора, отстранивъ его отъ управленія епархіей, и запретили впредь до суда въ священнослуженіи.

Управляющими Западно-Европейской епархіей былъ назначенъ на мѣсто митр. Евлогія Архіепископъ Серафимъ. Наступилъ расколъ — часть епархіи осталась въ самочинной епархіи запрещеннаго въ священнослуженіи митр. Евлогія.

Но роковая роль митр. Евлогія въ исторіи русской церковной смуты на этомъ не кончилась. Темныя силы привели его къ соединенію съ безбожными врагами Церкви.

Быв. Западно-Европейская епархія, пробывъ свыше года самочинной, въ августѣ 1927 признала Московскую Совѣтскую Патріархію и подчинилась ей. Совершивъ грѣхъ разрыва съ заграничнымъ русскимъ епископатомъ, Митр. Евлогій вошелъ въ подчиненіе митр. Сергію, совершившему въ это время такой же грѣхъ, порвавъ сношеніе съ епископами-исповѣдниками, мучениками и узниками. Подчинившись митр. Сергію, митр. Евлогій тѣмъ самымъ порвалъ сношенія и съ этимъ гонимымъ епиокопатомъ, который не призналъ Деклараціи митр. Сергія и началъ уходить въ катакомбы.

Когда же требованія Московской Патріархіи, диктуемыя совѣтской властью, стали чрезмѣрны и совершенно въ условіяхъ свободныхъ странъ невыполнимы, и митр. Евлогій отказался ихъ выполнить, за что онъ и его викаріи были запрещены митр. Сергіемъ въ евященнослуженіи впредь до суда или раскаянія, — митр. Евлогій съ такой же легкостью перешелъ въ юрисдикцію Константинопольскаго Патріарха, подчиняя епархію Константинопольскому Патріарху, какъ экзархатъ, каковое положеніе продолжалось до сентября 1944 года, когда онъ, принеся повинную патріарху Алексію, снова переходитъ въ Московскую Патріархію и даже принимаетъ совѣтскій паспортъ, всецѣло подчиняясь преступной власти.

11 октября 1944 г. Совѣтскій Московскій Патріархъ издалъ указъ о возсоединеніи Западно-Европейской епархіи съ Московской Патріархіей и образованія изъ нея Московскаго экзархата.

Архіерейскій Соборъ 1932 г. Сидятъ (слѣва): Арх. Феофанъ, Арх. Гермогенъ, Арх. Анастасій, Блаж. Митрополитъ Антоній, Архіепископъ Западно-Европейскій Серафимъ, Арх. Челябинскій Гавріилъ, Арх. Царицынскій Даміанъ. Стоять: Еписк. Серафимъ Вѣнскій, Еп. Тихонь С.-Францисскій, Арх. Сергій Новороссійскій, Арх. Тихонь Германскій, Еп. Николай Лондонскій и Архимандритъ Викторъ, впослѣдствіи Начальникъ Русской Духовной Миссіи въ Китаѣ.

Митрополитъ Евлогій ушелъ изъ юрисдикции Константинопольскаго Патріарха, не получивъ на это его согласія, а потому одновременно считался и его экзархомъ, что подтвердилъ своимъ циркулярнымъ сообщеніемъ отъ 2 октября 1944 года за №477 о включеніи экзархата въ Московскую юрисдикцію, и одновременно распоряженіемъ продолжать поминать его за богослуженіемъ экзархомъ Патріарха Вселенскаго (Константинопольскаго). И такое одновременное пребываніе въ двухъ юрисдикціяхъ продолжалось почти годъ.

8 августа 1945 года митр. Евлогій скончался; отпѣваніе совершилъ спеціально прибывшій изъ Мооквы митрополитъ Григорій, который вручилъ Архіеписікопу Владиміру, вступившему, согласно письменному завѣщанію митр. Евлогія, въ управленіе экзархатомъ, указъ Моcк. Патріархіи, что на мѣсто почившаго назначается экзархомъ митрополитъ Серафимъ (Лукьяновъ). Ссылаясь на то, что онъ ожидаетъ рѣшеній отъ Вселенскаго Патріарха, все еще не давшаго каноническаго отпуска, Архіеп. Владиміръ принялъ указъ къ свѣдѣнію, но не исполненію.

Хотя Московскій Патріархъ Алексій призвалъ телеграммой Арх. Владиміра къ повиновенію, а къ паствѣ обратился съ особымъ посланіемъ, — Епархиальное Собраніе 16 октября постановило: — указа Московскаго Патріарха не принимать и опять войти въ подчиненіе Патріарху Константинопольскому.

6 марта 1947 года Константинопольскій Патріархъ подтвердилъ что «Русскій экзархатъ сохранялъ свою непосредственную отъ него зависимость», но на этотъ разъ умолчалъ о временности этого положенія.

Блаж. Митрополитъ Антоній, Архіеп. Феофанъ, Архим. Феодосій съ группой бълградскихъ студентовъ богослововъ и др.

Хотя на территоріи Западно-Европейской часть приходовъ и паствы осталась въ юрисдикции Русской Православной Церкви Заграницей, тѣмъ не менѣе зло причиненное митр. Евлогіемъ — огромно. Нѣсколько дивныхъ, историчесікихъ храмовъ, воздвигнутых Русскимъ Императорским Правительствомъ, какъ то: Александро-Невская церковь на рю-Дарю въ Парижѣ, храмъ въ Ниццѣ, храмъ Св. Николая Мирликійскаго въ Бари (Италія), какъ равно во Флоренціи и Санъ-Ремо и др. отошли къ экзархату и навсегда могутъ быть потеряны Русской Православной Церковью, даже послѣ Ея освобожденія изъ большевицкаго плѣна, т. к. въ опредѣленіи Константинопольскаго Патріарха отъ 6 марта 1947 г. ничего не говорится о временности, а на обратный переходъ церквей къ Прав. Русской Церкви требуется, согласно канонамъ Православной Церкви, отпускъ Константинoпольскаго Патріарха, въ чемъ далеко нельзя быть увѣреннымъ, имѣя въ виду, что Русскій экзархатъ, съ его дивными храмами, является украшеніемъ весьма скромной, хотя по титулу и Вселенской, Патріархіи Константинопольской.

Правда, въ нынѣшнемъ году (1968) Константинoпольскій Патріархъ отказался отъ учрежденнаго его предшественникомъ въ 1931 году Западно-Европейскаго экзархата и предложилъ ему подчиниться Московскому Патріарху, чего Архіеп. Георгій хотя и не исполнилъ, но толкнулъ свою епархію на новый неканоническій путь, отдѣляясь не только отъ Зарубежной Русской Церкви, но и отъ Матери Церкви Русской вообще, организовывая свою независимую и самостоятельную Архіепископію Православной Церкви Франции и Западной Европы. Къ чему приведетъ эта новая затѣя одинъ Господь Всемогущій вѣдаетъ. (На фото справа: Сербскій Патріархъ Димитрій и Блаж. Митрополитъ Антоній на отпѣваніи генерала П. Н. Врангеля.)

(Слева) : Архиепископъ Курский и Обоянский Феофанъ, Архiепископъ Екатеринославский Гермогенъ, Блаж. Митрополитъ Антоний, Архiепископъ Новороссийский Сергий и Архiепископъ Камчатский и Петропавловскiй Несторъ.

Революцiя 1917 года, разрушивъ все устои Российской Империи, крайне тяжело отразилась и на Русской Православной Церкви, толкнувъ Ее, вместе со всей страной, на путь великихъ страданий и тяжелыхъ испытаний.

Русская Православная Церковь, искони тесно связанная съ Государственной властью, не только лишилась после революции ея защиты, но подверглась со стороны новыхъ, бездушныхъ и богоборческихъ правителей неслыханному въ исторги преследованию и гонению, которыя они имели наглость называть политической борьбой, а исповедание Православной веры считать тяжелымъ политическимъ преступлениемъ противъ государства, власти и народа. «Государственная власть Царской Императорской Россiи была органически соединена съ властью Православной Русской Церкви. Умилительный чинъ коронации и миропомазанiя Государя представлялъ собою своеобразный чинъ венчания на «бракъ» Царя и народа, взаимно давшихъ обеты верности и согласия «нести тяготы другъ друга». После этого «брака» Царь и народъ становились однимъ Государственнымъ теломъ, взаимоответственнымъ предъ Богомъ. Совершенно ясно, что Церковь, венчавшая Царя съ народомъ, никакъ не могла быть отделена оть Государства. Ибо Царь — Помазанникъ Божий, помазующая его на царство Церковь и обвенчанньй Церковью съ Царемъ народъ представляли собою неслиянное, но и нераздельное, целостное триединство Православно-Самодержавно-Народного строя Российскаго Государства. Отсюда совершенно понятной была истина словъ священной формулы-догмата о национально-исторической сущности Россiи: «Православие, Самодержавие, Народность» и вытекавший изъ нея исконный, исторический, священный лозунгъ Pocciи въ ея подвижнической борьбе съ врагами внешними и внутренними: «За Веру, Царя и Отечество», (проф. И. М. Андреевъ).

«Во время гражданской войны 1917-20 гг., когда освобожденныя отъ богоборческой советской власти части Pocciи, лишенныя возможности нормально сноситься съ Патриархомъ Тихоомъ, должны были сами церковно управляться, въ Ставрополе 6 мая 1919 года состоялся Южно-Русский Церковный Соборъ, который образовалъ временное Высшее Церковное Управление на Юго-Востоке Pocciи, объединявшее все, находящияся вне советской власти, enapxiи. Отдельно управлялись сначала епархии въ Сибири и на Дальнемъ Востоке, не установившия еще связи со Ставрополемъ.

Учреждение Высшаго Церковнаго Управленiя и его постановления получили признание Патр. Тихона и органовъ его управления и, такимъ образомъ, Высшее Церковное Управление на Юго-Востоке Pocciи стало вполне каноническимъ учрежденiемъ и по способу учреждения (Соборомъ), и по признанию его Центральной Всероссийской Церковной Властью.
Въ ноябре 1920 года, когда Белое Русское воинство и съ нимъ около двухъ миллюновъ русскихъ людей, со своими епископами и священниками, вынуждены были оставить родныя места, отплыть отъ родныхъ береговъ и разсеяться по всемъ странамъ света, — явилась неизбежная потребность иметь свою мировую Русскую Православную Церковную Организацию.
Патриархъ Тихонъ понималъ, какое огромное значение имеетъ существование свободной и независимой Русской Православной Церкви за рубежомъ Pocciи, но вместе съ темъ сознавалъ, что онъ не можетъ иметь эту свободную часть Церкви въ своемъ подчинении.

(На фото справа: Блаж. Митрополитъ Антоний. Слева — Епископъ Иоаннъ, справа — Архимандритъ Феодосий, келейникъ Митр. Антония). Въ связи съ этимъ 7/20 ноября 1920 г., спустя несколько дней после окончательной эвакуации Крыма Белой Apмieй и отплытия последнихъ беженскихъ пароходовъ, появилось Постановление Патриарха Тихона, Священнаго Синода и Высшаго Церковнаго Совета Русской Православной Церкви за №362, которое гласило: «Въ случае, если enapxiя окажется вне всякаго общения съ Высшимъ Церковнымъ Управлениемъ или само Высшее Церковное Управление во главе съ св. Патриархомъ почему либо прекратитъ свою деятельность, епархиальный Apxiepeй немедленно входитъ въ сношение съ apxiepeями соседнихъ enapxiй на предметъ ор-анизации высшей инстанции церковной власти. Въ случае невозможности этого, епархиальный apxiepeй принимаетъ на себя всю полноту власти». Поэтому прибывшие въ Константинополь русскie православные apxiepeи, совместно съ находящимися заграницей русскими православными iepapxaми, действуя по благословению Вселенскаго Патриарха, составили Первый Заграничный Соборъ русскихъ православныхъ епископовъ, который переименовалъ Высшее Церковное Управление на Юго-Востоке Pocciи въ Высшее Русское Церковное Управление Заграницей.

Русский Православный Apxiepeйский Заграничный Соборъ организовался на основахъ добровольнаго вхождения въ него русскихъ apxiepeевъ. Въ составъ Собора вошли iepapxи, выехавшиe изъ Pocciи со своими многочисленными пасомыми, какъ равно и iepapxи, сохранившие свои кафедры въ Финляндии, Латвии, Манджурии, Китае, Японии и Соед. Штатахъ Америки. Подчинились ему также Русская Православная Миссия, издавна существовавшая въ Южной Америке и Русская Духовная Mиcciи въ Иерусалиме.

(На фото справа: Блаженнѣйшій Митрополитъ Антоній, Арх. Гермогенъ и Еп. Іоаннъ Урмійскій, скончавшійся въ 1960 г. въ Ново-Дивѣевскомъ монастырѣ). Такое единеніе является строго каноничнымъ и потому пріобрѣло законно всю полноту высшей церковной власти надъ всѣми русскими православными приходами и церквами заграницей до того времени, когда Россійская Церковь станетъ опять свободной, сбросивъ съ себя безбожные большевицкіе оковы, и когда можно будетъ слиться съ Нею воедино.
Высшее Русское Церковное Управленіе Заграницей, переименованное затѣмъ въ Священный Архіерейскій Синодъ Русской Православной Церкви Заграницей явилось исполнительнымъ органомъ Архіерейскаго Собора въ междусоборное время.

Въ Архіерейскій Соборъ входило, личнымъ и письменнымъ участіемъ, 34 Епископа: Антоній, Митрополитъ Кіевскій и Галицкій, Анастасій — Архіепископъ Кишиневскій и Хотинскій, Александръ — Архіепископъ Сѣв.-Американскій, Антоній — епископъ Алеутскій, Аполлинарій — епископъ Бѣлгородскій, управляющій Рус. Дух. Миссіей въ Іерусалимѣ, епиcкопъ Адамъ (США), Владиміръ — епископъ Бѣлостокскій, Веніаминъ — епископъ Севастопольскій, Гавріилъ — епископъ Челябинскій, Гермогенъ — епископъ Екатеринославскій, управляющій въ Греціи, Африкѣ и о. Кипрѣ, Даміанъ — епископъ Царицынскій, Елевферій — архіепископъ Виленскій и Литовскій, Евфимій — епископъ Бруклинскій, Евлогій — Архіепископъ Волынскій и Житомірскій, управляющій западно-европейской епархіей, Иннокентій — Архіепископъ Пекинскій, Маръ-Илья — епископъ Урмійскій, Іона — епископъ Тзяньцзинскій, Мефодій — Архіепископъ Харбинскій, Мелетій — епископъ Забайкальскій, Михаилъ — епископъ Александровскій, Несторъ — епископъ Камчатскій, Пантелеймонъ — Архіепископъ Пинскій, Платонъ — митрополитъ Херсонскій й Одесскій, Серафимъ — архіепископъ Финляндскій, Серафимъ — епископъ Лувенскій, управляющій въ Болгаріи, Сергій — епископъ Бѣльскій (Польша), Сергій — епископъ Черноморскій, Сергій — Архіепископъ Японскій, Стефанъ — епископъ Питтсбургскій, Симонъ — епископъ Шанхайскій, Феофанъ — архіепископъ Полтавскій и Переяславльскій, Феофанъ — епископъ Курскій и Обоянскій, Іоаннъ — Архіепископъ Латвійскій.

Во главѣ Архіерейскаго Собора и Высшаго Церковнаго Управленія, впослѣдствіи Архіерейскаго Синода, сталъ старѣйшій іерархъ Русской Православной Церкви Митрополитъ Антоній, почитавшійся всѣми Помѣстными Православными Церквами и извѣстный всему Христіанскому міру, кандидатъ въ Патріарха Московскаго и всея Россіи, получившій на Всероссійскомъ Церковномъ Соборѣ въ 1917 г. въ Москвѣ, при избраніи трехъ кандидатовъ въ Патріархи, наибольшее количество голосовъ — 101 голосъ. (Митрополитъ Московскій Тихонъ получилъ 23 голоса и Архіепископъ Новгородскій Арсеній — 14; 90-лѣтній старецъ Зосимовской Пустыни Алексій вытянулъ, согласно церковному положенію, жребій, который палъ на Московскаго Митрополита Тихона).

Въ 1921 г. Высшее Церковное Управленіе переѣхало, по приглашенію Сербскаго Патріарха Димитрія, въ Югославію, гдѣ на засѣданіи своемъ отъ 6/19 и 8/21 апрѣля 1921 года постановило созвать Первый Заграничный Русскій Церковный Соборъ для «объединенія, урегулированія и оживленія церковной дѣятельности».

Въ «Положеніи о созывѣ Заграничнаго Собранія Русскихъ Церквей», утвержденномъ 12/25 іюля 1921 г. Высшимъ Русскимъ Церковнымъ Управленіемъ, говорилось: «Въ составъ Собранія входятъ въ качествѣ членовъ представители всѣхъ заграничныхъ автономныхъ Церквей, епархій, округовъ и миссій, пребывающихъ въ подчиненіи святѣйшему Патріарху Всероссійскому».

«Собраніе признаетъ надъ собою полную во всѣхъ отношеніяхъ архипастырскую власть Патріарха Московскаго».

«Собраніе состоитъ изъ епископовъ, клириковъ и мірянъ».

«Выборы въ Собраніе производятся по слѣд. 15 округамъ и 16 районамъ. Округи: Сѣв. Америка, Японія, Китай, Финляндія, Эстляндія, Латвія, Литва, Польша, Германія, Франція, Италія, Сербія, Болгарія, Турція и Дальній Востокъ. Районы: Швеція, Данія, Нидерланды, Бельгія, Испанія, Англія, Швейцарія, Чехія, Венгрія, Австрія, Румынія, Палестина, Александрія, Греція, Африка».

Соборъ состоялся въ Сремcкихъ Карловцахъ, въ Югославіи, съ 8/21 ноября по 20 нояб./З дек. 1921 г.

На Соборъ было выбрано 155 членовъ, которые, за единичными исключеніями, прибыли на Соборъ.

Почетнымъ Предсѣдателемъ Собора былъ избранъ Патріархъ Сербскій Димитрій. Среди почетныхъ членовъ находились: предсѣдатель Совѣта Министровъ Югославіи Пашичъ и Главнокомандующій Бѣлой Русской Арміей генералъ Врангель.

На Соборѣ присутствовали іерархи: Митрополитъ Кіевскій и Галицкій Антоній — Предсѣдатель Рус. Церк. Управленія заграницей и Предсѣдатель Собора; Митрополитъ Херсонскій и Одесскій Платонъ; Архіепископъ Полтавскій и Переяславльскій Феофанъ; Епископъ Челябинскій и Троицкій Гавріилъ; Епископъ Александровскій, управляющій Ставропольской епархіей Михаилъ; Епископъ Севастопольскій и всего Христолюбиваго воинства, управл. военнымъ и морскимъ духовенствомъ Веніаминъ — всѣ вышеуказанные епископы были членами Высш. Церк. Управленія; Архіепископъ Кишиневскій и Хотинскій Анастасій — отъ Константинопольскаго округа; Епископъ Лубенскій Серафимъ — отъ Болгарскаго округа; Архіепископъ Волынскій и Житомірскій Евлогій — отъ Западно-Европейскаго; и пребывающіе заграницей русскіе Епископы: Феофанъ, епископъ Курскій и Обоянскій, Аполлинарій — епископъ Бѣлгородскій, Сергій — епископъ Сухумскій, врем, управл. Черноморской епархіей, Даміанъ — епископъ Царицынскій, Митрофанъ — епископъ Сумскій, Гермогенъ — епископъ Аксайскій.

Среди членовъ Собора, кромѣ Епископата, были: протопресвитеръ Г. Шавельскій, прот. Г. Ломако, прот. В. Востоковъ, архимандритъ Тихонъ, А. В. Карташевъ, проф. Погодинъ, проф. Новгородцевъ, проф. Троицкій, проф. Вернадскій, проф. прот. А. Рождественскій, гр. П. Н. Апраксинъ, гр. Олсуфьевъ, гр. М. Н. Граббе, П. В. Скаржинскій, кн. Г. Н. Трубецкой, ген. Юзефовичъ и многіе другіе извѣстные церковные, политическіе, общественные и военные дѣятели.

(На фото справа: Митрополитъ Мефодій Харбинскій (ѣ 1930 г). Соборъ открылся рѣчью Предсѣдателя Собора Митр. Антонія, подробно охарактеризовавшаго положеніе Русской Православной Церкви въ Россіи и заграницей. Соборъ разрѣшилъ всѣ вопросы организаціоннаго, церковнаго и административно-хозяйственнаго строительства Русской Православной Церкви заграницей; остановился на вопросѣ духовнаго возрожденія Россіи, указавъ на то, что духовное возрожденіе «можетъ совершиться только подъ благодатнымъ воздѣйствіемъ Церкви», и указалъ пути, ведущіе къ этому возрожденію въ жизни личной, семейной, церковной, государственной и общественной; принялъ рѣшеніе о необходимой помощи голодающимъ въ Россіи, въ связи съ начавшимся тамъ угрожающимъ голодомъ; рѣшилъ вопросъ обращенія къ Міровой Конференціи съ просьбой о спасеніи Россіи и Русскаго народа отъ преступнаго, безбожнаго ига большевиковъ; намѣтилъ пути миссіонерской дѣятельности Русской Православной Церкви заграницей.

Среди многихъ Посланій, докладовъ и резолюцій, принятыхъ Соборомъ и имѣвшихъ громадное значеніе для блага Русской Православной Церкви заграницей и Русской эмиграціи разсѣянной по всему міру, особенное, міровое значеніе имѣли: «Посланіе Чадамъ Русской Православной Церкви, въ разсѣяніи и изгнаніи сущимъ» и «Посланіе къ Міровой Конференціи» (Генуэзской).

* * *

Посланіе Русскаго Заграничнаго Церковнаго Собора Чадамъ Русской Православной Церкви, въ разсѣяніи и изгнаніи сущимъ:

«Возлюбленные во Христѣ Іисусѣ.

Карающая десница Господня простерта надъ нами. За тяжкіе грѣхи безмѣрно страдаетъ Русь, разсѣяны по всему свѣту русскіе люди. Нѣтъ мѣры и границъ преступленіямъ, осквернившимъ Русскую землю. Осквернены храмы, поруганы святыни, идетъ борьба противъ Бога, льется кровь. Пролита кровь даже и Помазанника Божія, мученически закончившаго свой земной путь. Оскудѣла земля, гибнутъ люди, безбожна власть, въ гоненіи Церковь. Во тьмѣ Русская земля, и человѣческій разумъ напрасно ищетъ путей спасенія. Милосердіе Божіе на грани отчаянія оставило обезумѣвшему отъ ужаса и скорби народу неугасимый свѣточъ — Церковь Православную. Въ путяхъ Промысла было возглавить Церковь Русскую Святителемъ Патріархомъ, дабы въ единствѣ церковномъ жила надежда и единства русскаго.

Въ скорби и мукахъ русскіе люди въ Россіи прибѣгали подъ кровъ церковный. Переполнены храмы, неустанно несется вопль покаянія, мольба о милосердіи, о власти, охраняющей жизнь и трудъ, оберегающей душу христіанскую. Еще не исполнилась мѣра гнѣва Божьяго, не прекратились скорби.

Нашъ долгъ на чужбинѣ, въ разсѣяніи сохранившихъ жизнь, и не знающихъ скорбей, которыя истребляютъ родную землю и ея народъ — быть едиными въ христіанскомъ духѣ, собранными подъ знаменіемъ Креста Господня, подъ сѣнью Вѣры Православной, въ уставахъ Церкви Русской.

Наша неотступная молитва къ Богу Милосердному да будетъ непрестаннымъ воздыханіемъ: да проститъ Господь и намъ, и землѣ нашей тяжкіе грѣхи и преступленія наши, да просвѣтитъ нашъ разумъ свѣтомъ Истины, сердце — пламенемъ любви, да укрѣпитъ волю на путяхъ правды.

Издревле спасалась и въ вѣкахъ строилась Русская Земля вѣрою, молитвами святителей и подвижниковъ, трудами царственными Помазанниковъ своихъ.

И нынѣ пусть неусыпно пламенѣетъ молитва наша — да укажетъ Господь пути спасенія и строительства родной земли; да дастъ защиту вѣрѣ и Церкви и всей землѣ русской, и да осѣнитъ онъ сердце народное; да вернетъ на всероссійскій престолъ Помазанника, сильнаго любовью народа, законнаго православнаго царя изъ Дома Романовыхъ.

Молясь о прощеніи грѣховъ, прося свѣта въ путяхъ будущаго, возьметъ на себя всякій тяготу брата своего, дабы объединенные вѣрою и любовію мы всѣ вошли въ домъ свой, когда Господь откроетъ намъ двери, какъ единое стадо Единаго Пастыря, съ жертвенною готовностью служить родной землѣ и благу народному.

Да благословитъ Богъ всякій трудъ и подвигъ на пользу Церкви Православной и освященнаго ею строительства государства Россійскаго».

Предсѣдатель Русск. Загр. Церковнаго Собора

Митрополитъ Антоній.

* * *

«Посланіе къ Міровой Конференціи» (Генуэзской) гласило слѣдующее:

«Среди множества народовъ, которые получили право голоса на Генуэзской Конференціи, не будетъ только представительствовать двухсотмилліонный народъ русскій, потому что невозможно же назвать его представителями, и притомъ единственными, его же поработителей, какъ нельзя было въ средніе вѣка признать гунновъ представителями франкскихъ и германскихъ племенъ Европы, хотя среди гуннскихъ вождей, конечно, успѣвали втереться нѣсколько процентовъ предателей изъ народовъ европейскихъ, какъ и среди нашихъ коммунистовъ — евреевъ, латышей, китайцевъ — втерся извѣстный процентъ русскихъ, и то преимущественно не на первыхъ роляхъ. Впрочемъ, если бы вожди большевиковъ и не были инородцами и иновѣрцами, то и тогда какая же логика можетъ признать право народнаго представительства за тѣми, кто поставилъ себѣ цѣлью совершенно уничтожить народную культуру, т. е. прежде всего то, чѣмъ народъ жилъ почти тысячу лѣтъ — его религію, чѣмъ продолжаем жить и теперь, перенося жестокое гоненіе на свою родную вѣру, будучи лишенъ самыхъ священныхъ для него — Московскихъ Кремлевскихъ — храмовъ и всѣхъ почти русскихъ монастырей, бывшихъ въ его глазахъ свѣточами жизни, разсѣянными по лицу всей земли русской. Завоеватели-большевики казнили сотнями тысячъ русскихъ людей, а теперь милліонами морятъ ихъ голодомъ и холодомъ. Гдѣ было слышно, чтобы интересы овечьяго стада представляли его истребители-волки? Если бы спросить еще не разтерзанныхъ волками овецъ, что бы они желали для своего благополучія, то въ отвѣтъ послышался бы одинъ дружный вопль: уберите отъ насъ волковъ. Такъ было бы, если бы овцы могли говорить; такъ оно и есть съ русскимъ народомъ, который до того забитъ и терроризованъ, что не можетъ поднять голоса и лишенъ физической возможности дать себя услышать просвѣщенной Европѣ и всему міру.

Однако, такого общаго голоса не лишена трехмилліонная русская эмиграція, которая тоже есть подлинный народъ русскій, выступившій въ свое время съ оружіемъ въ рукахъ на защиту своего Отечества на всѣхъ его окраинахъ въ рядахъ Добровольческихъ Армій, или присоединившійся къ ихъ работѣ въ званіи духовныхъ пастырей, учителей, докторовъ, сестеръ милосердія и т. д. и повлекшій за собой свои семьи…

Вотъ эта то эмиграція, въ которой воплотились и интеллектъ и активная воля русскаго народа, объединилась заграницей изъ трехъ, и даже четырехъ, частей свѣта на Церковномъ Соборѣ въ Сербіи, въ Сремскихъ Карловцахъ, въ полномъ составѣ своихъ іерарховъ и въ лицѣ выборныхъ представителей отъ каждой значительной колоніи, въ ноябрѣ истекшаго года.

Соборъ этотъ единогласно уполномочилъ свой Президіумъ обратиться къ Міровой Конференціи съ мольбой о спасеніи того народа, который въ продолженіи почти двухъ вѣковъ съ рыцарскимъ самоотверженіемъ бросался въ середину международныхъ драмъ на защиту угнетенныхъ, на защиту права и человѣчности, не ища ничего для себя, а выполняя свое призваніе служить всему человѣчеству»…

(На фото справа: Митрополитъ Мелетій Харбинскій).

Горячее Воззваніе заканчивалось слѣдующимъ Обращеніемъ:«Народы Европы! Народы міра! Пожалѣйте нашъ добрый, открытый, благородный по сердцу народъ русскій, попавшій въ руки міровыхъ злодѣевъ! Не поддерживайте ихъ, не укрѣпляйте ихъ противъ вашихъ дѣтей и внуковъ! А лучше помогите честнымъ русскимъ гражданамъ. Дайте имъ въ руки оружіе, дайте имъ своихъ добровольцевъ и помогите изгнать большевиковъ — этотъ культъ убійства, грабежа и богохульства — изъ Россіи и всего міра. Пожалѣйте бѣдныхъ русскихъ бѣженцевъ, которые за свой патріотическій подвигъ обречены среди васъ на голодъ и холодъ, на самыя черныя работы, которые принуждены забывать все, чему учились и быть лишенными даже такихъ необходимыхъ удобствъ жизни, которыя доступны послѣднему неграмотному чернорабочему. Они въ лицѣ доброй своей половины офицеровъ, генераловъ и солдатъ готовы взяться за оружіе и идти съ походомъ въ Россію, чтобы выручить ее изъ цѣпей постыднаго рабства разбойниковъ.

Помогите имъ осуществить свой патріотическій долгъ, не дайте погибнуть вашей вѣрной союзницѣ-Россіи, которая никогда не забывала своихъ друзей и отъ души прощала тѣхъ, кто временно былъ ея врагомъ.

Если поможете возстановиться исторической Россіи, то скоро исчезнутъ тѣ, пока неразрѣшимыя политическія и экономическія затрудненій которыя по всему міру сдѣлали жизнь столь тяжелой; тогда только возвратится на землю «желанный для всѣхъ миръ» (Ефес. 8, 13)».

* * *

На засѣданіи 13/26 ноября 1921 г., когда разсматривался вопросъ о необходимой помощи голодающимъ въ Россіи, Архіепископъ Анастасій, будущій Первоіерархъ Рус. Правосл. Церкви заграницей, между прочимъ сказалъ: «Теперь позволяю себѣ остановить Ваше вниманіе на вопросѣ о томъ, какъ помочь голодающему населенію, нашимъ страждущимъ братьямъ въ Россіи. Просить, убѣждать палачей оставить, прекратить мученія — это все равно, что ждать, чтобы тигръ выпустилъ изъ зубовъ свою жертву; обращаться съ пожеланіями къ самому страждущему населенію, конечно, безполезно; но у насъ есть одно средство — обратиться съ воззваніемъ ко всему міру; онъ не долженъ допустить вымиранія русскаго народа. Конечно, мы не можемъ сказать краснорѣчивѣе того, что сказалъ св. Патр. Тихонъ въ своемъ Посланіи, но мы должны и можемъ сказать сильнѣе то, чего не могъ сказать онъ въ своемъ положеніи: мы должны сказать, что бѣдствія, переживаемыя русскимъ народомъ, есть результатъ дикаго, развратнаго, кроваваго режима палачей Россіи. Вашингтонская Конференція стремится къ миру, но этого мира не будетъ до тѣхъ поръ, пока не придетъ къ миру Россія. Если бы мы были въ состояніи, мы должны были бы разослать всюду миссіи, которыя, подобно Петру Амьенскому, обошли бы весь свѣтъ, открывая ему глаза на русскія дѣла… Нѣкоторые склонны идти на примиреніе съ большевиками или по мягкосердію, или из-за карьеры, но мы должны рѣшительно сказать: нонъ поссумусъ (не можемъ). Никто изъ насъ не имѣетъ права переступить порогъ совѣтскій для союза, ибо это уже не союзъ, а вражда противъ Бога. Мы должны противодѣйствовать этому соблазну. Должны также мы установить моленія въ церквахъ за всѣхъ погибшихъ за вѣру, царя и отечество, начиная съ Царя-Мученика Николая II и замученныхъ святителей».

Заграничный Церковный Соборъ, обратившійся къ Міровой Конференціи и міровому общественному мнѣнію съ просьбой стать въ защиту Церкви и русскаго народа, обличившій предъ лицомъ всего міра всю преступность кроваваго коммунизма и его вождей, узурпаторски захватившихъ власть и безсовѣстно и безчестно разрушившихъ всѣ государственные, общественные и семейные устои Россіи, разбазарившихъ все ея достояніе и богатства, поднявшихъ жестокое гоненіе на Церковь, безпощадно разрушившихъ и глумившихся безпощадно надъ величайшими Ея Святынями, залившихъ потоками русской крови всѣ города, села и станицы, — не могъ не вызвать бѣшенной злобы у кровавыхъ большевицкихъ правителей, старавшихся уже, послѣ окончанія гражданской войны, навязать сношенія съ западными государствами и добиться у нихъ признанія ихъ власти.

Новая волна дикаго гоненія на Церковь и Ея служителей еще съ большей силой и озлобленіемъ залила всю Россію: начался безжалостный, безцеремонный разстрѣлъ православнаго епископата и виднѣйшихъ, достойнѣйшихъ священнослужителей, которыми были переполнены тюрьмы, гдѣ надъ ними глумились, пытали и истязали. Отъ Патріарха Тихона безбожная власть потребовала репрессій противъ Заграничной Церкви, которую старалась представить сообщницей и орудіемъ въ рукахъ Патріарха и его епископата.

Надѣясь достигнуть хотя какого-нибудь облегченія въ гоненіяхъ, Патріархъ Тихонъ, на слѣдующій день арестованный, издалъ 22 апрѣля/5 мая 1922 года, указъ о закрытіи Высшаго Церковнаго Управленія заграницей.

Во исполненіе этого, хотя и вынужденнаго безбожной властью, указа Патріарха Тихона, Архіерейскій Заграничный Соборъ 31 августа/13 сент. 22 г. постановилъ: «Во исполненіе Указа Патріарха Тихона и его Синода и Совѣта — Высшее Церковное Управленіе упразднить. На основаніи же постановленія Патріарха и тѣхъ же органовъ управленія при немъ отъ 7/20 ноября 1920 года за № 362 — образовать Временный Священный Архіерейскій Синодъ Русской Православной Церкви Заграницей».

Такимъ образомъ, Патріаршее постановленіе отъ 7/20 ноября 1920 г. объ управленіи на мѣстахъ, въ связи съ гоненіемъ на Церковь и разобщенія частей Церкви съ ея центромъ, стало краеугольнымъ камнемъ каноническаго учрежденія церковной власти Архіерейскаго Синода заграницей. Высшій каноническій органъ церковной власти заграницей — Архіерейскій Соборъ, Патр. Тихономъ и органами его управленія не закрытый и не распущенный, остался въ cилѣ, чтобы свой исполнительный органъ — Высшее Церковное Управленіе замѣнить, согласуясь съ постановленіемъ отъ 7/20 ноября 1920 г., Архіерейскимъ Синодомъ.

Правильность рѣшенія Заграничнаго Архіерейскаго Собора нашла вскорѣ подтвержденіе.

(На фото справа: Архіепископъ Несторъ Камчатскій и Петропавловскій).

Патріархъ Тихонъ, арестованный на слѣдующій день послѣ подписанія указа о закрытіи Высшаго Церковнаго Управленія Заграницей, передалъ 3/16 мая 1922 г., ввиду своего ареста, «всю полноту власти», на основаніи именно этого постановленія отъ 7/20 ноября 1920 г., Митрополиту Агафангелу, который Посланіемъ отъ 5/18 іюня 1922 г. проситъ всѣхъ епархіальныхъ архіереевъ «управлять епархіями самостоятельно, въ соотвѣтствіи съ тѣмъ же Постановленіемъ Патріарха Тихона отъ 7/20 ноября 1920 года».

Дѣятельность Заграничнаго Архіерейскаго Собора продолжалась и каноничность единаго церковнаго заграничнаго управленія не вызывала у органовъ управленія Патріарха Тихона, а затѣмъ Патріаршихъ Мѣстоблюстителей Митрополита Петра и митр. Сергія, никакихъ сомнѣній. Наоборотъ, Россійскій епископатъ всячески ограждалъ Арх. Синодъ Зарубежной Церкви отъ посягательствъ совѣтской власти, вплоть до подписанія митрополитомъ Сергіемъ Деклараціи 16/29 іюля 1927 г. о полномъ признаніи совѣтской власти, совмѣстной съ ней работѣ для блага Сов. Союза, «радости и успѣхи котораго — наши радости и успѣхи, а неудачи — наши неудачи», и въ которой то деклараціи выражалась благодарность сов. правительству за вниманіе къ духовнымъ нуждамъ православнаго населенія.

Декларація митр. Сергія вызвала глубочайшее потрясеніе. Со всѣхъ епархій въ Россіи посыпались протесты духовенства и мірянъ и посланія преданнаго Церкви епископата.

Вскорѣ Истинная Русская Православная Церковь ушла въ катакомбы, и только съ этой Катакомбной Церковью, Духовнымъ Отцомъ которой, породившимъ самую идею катакомбной Церкви былъ Патр. Тихонъ, Русская Православная Церковь Заграницей находится въ духовной связи.

Въ связи съ Деклараціей митрополита Сергія и всѣми связанными съ ней дальнѣйшими событіями — протестами и прекращеніемъ общенія ряда выдающихся іерарховъ и ихъ епархій, и прещеніями въ отношеніи ихъ со стороны митр. Сергія, — Соборъ Русскихъ Архіереевъ заграницей 16/29 іюля 1927 г. постановилъ:

«Заграничная часть Всероссійской Церкви должна прекратить административныя сношенія съ Московской Церковной властью, ввиду невозможности нормальныхъ сношеній съ нею и ввиду порабощенія ее безбожной совѣтской властью, лишающей ее свободы въ своихъ волеизъявленіяхъ и свободы каноническаго управленія Церковью.

Чтобы освободить нашу іерархію въ Россіи отъ отвѣтственности за непризнаніе совѣтской власти заграничной частью нашей Церкви, заграничная часть нашей Церкви должна, впредь до возстановленія нормальныхъ сношеній съ Россіей и до освобожденія нашей Церкви отъ гоненій безбожной совѣтской власти, управляться сама, согласно священнымъ канонамъ, опредѣленіямъ Собора 1917-18 гг. и Постановленіемъ Патріархіи отъ 7/20 ноября 1920 г. за № 362, при помощи Архіерейскаго Синода и Собора Епископовъ.